my home away from home
Василий и Светлана
Василий ехал с работы домой, когда ему неожиданно позвонила Света.
Света - бывшая жена его товарища. Василий никогда не мог на неё смотреть без вожделения. Он много лет её хотел, но не предпринимал никаких действий, так как помнил о "Не возжелай...", а может быть просто подходящий случай не подворачивался
Пару лет назад Света стала свободной женщиной, но они, как-то, перестали видеться. Изредка встречались утром в поезде. Она двадцать минут о чем-то трещала, а Вася сидел напротив, пожирал её глазами и мысленно ставил в разные причудливые позы. Если же она садилась рядом, то у него делалась трудноскрываемая эрекция, и он всю дорогу ерзал на скамейке, а потом весь день ему было не до работы.
Вот такая вот химия.
Вчера она позвонила.
Оказывается она купила новую музыкальную систему, и никак не могла правильно подключить к ней TV, DVD и VCR, что бы всё это работало и переключалось, или, как еще говорят – коммутировалось.
Василий пообещал подъехать часам к восьми.
Без четверти восемь он позвонил в дверь. Света встретила его в полупрозрачном летнем платьице, надетом ни на что. В груди у Васи сладко защемило.
Посреди комнаты громоздилась новая аппаратура, клубилось несметное количество проводов, нужных и нет.
Впустив Василия, Света тут же встала раком, и приникла к лежащей на полу инструкции от ресивера.
Стараясь выглядеть как можно более индифферентно уже заметно разволнованный Вася принялся за дело.
Для начала надо было выдернуть все шнуры, которые Света понатыкала куда попало. Она тем временем ползала вокруг с фонариком, предоставляла осветительные услуги.
Это было какой-то пыткой. Васе предстояло собрать достаточно хитроумную коммуникационную схему, а мысли его были так далеки от всех этих входов-выходов.
У него не было никакой возможности сконцентрироваться. В вырезе платья сверкала Светина грудь, ее ноги то и дело оголялись почти до самой попки, от волос пахло чем-то тонким, цветочным.
Она по видимому искренне старалась помочь своим фонариком, но выходило совсем наоборот. У Васи никак не втыкалось куда надо, да где уж там! Сердце колотилось как бешенное, пальцы дрожали, в голове его пульсировала одна единственная мысль - как бы завалить Светочку на ковер.
Он никак не мог придумать, с чего такого начать, как бы подвести к теме. Не мог себя заставить просто взять и сказать - Света, давай-ка я тебя склоню к сожительству! От всей души склоню, со всею страстью, склоню в три погибели, до самого пола и... сама ведь видишь, у меня ничего не получается с проводами.
Василия так и подмывало это сказать, но он боялся, что Света сделает на это круглые глаза, нахмурит брови и скажет, что это невозможно, что ведь они друзья, да как ему не стыдно!
Тогда он бы ответил ей так:
- Конечно же, мы друзья, но вот только сегодня, в виде редкого исключения, я бы с удовольствием тебя отымел. Отымел бы так, что ты забыла бы слово "друзья", ты бы вообще всё на свете забыла, не говоря уж об этой груде железа, ради которой собственно я и был позван. Я бы тебя сначала смял всю, вылизал с ног до головы, потом разорвал бы как тузик грелку, а после бы снова вылизал! Ты даже представить себе не можешь, что бы я с тобой сделал. Я никогда никого не хотел так, как сейчас тебя, и ты бы это почувствовала, убедилась бы в этом. Клянусь, у тебя еще никогда не было такого секса! Ты бы потом всю оставшуюся жизнь с замиранием сердца вспоминала покупку новой аппаратуры.
О да, потом ты бы стала звонить мне каждый день и придумывать любой повод, что бы опять заманить меня в свой дом. А я что, я бы заманивался с большой охотой, и мы бы вновь и вновь устраивали вакханалию оголтелого секса. Я бы никогда не отказал тебе, не стал бы тебя мучить и дразнить, как ты меня сейчас. Друзья так не поступают, а ведь мы друзья, не так ли?
Примерно такие чувства бурлили в Васиной душе, в то время как он рассеяно перебирал шнуры и делал вид, что думает куда вставить. На самом-то деле он точно знал как, куда и кому вставить, только не решался произнести это вслух.
В то время, когда весь этот огненный поток уже клокотал в Васином сердце, Света поднялась с пола и отправилась на кухню.
Напряжение несколько спало, Василию наконец-то удалось на какое-то время сконцентрироваться на проводах и вскоре всё было подключено и работало как положено.
Принимай работу, милая Света. Иди же сюда, давай же, принимай, вот так, еще, еще... ммм... – подумал Вася, а наружу у него вырвалась лишь нейтральное – oh yes, baby!
Из кухни доносилось позвякивание посуды, хлопала дверь холодильника, наливалась в чайник вода.
- Может надо потоньше как-то, намекнуть как-нибудь, вскользь так. Девушки любят тонкий подход - продолжал размышлять Василий.
- Ну, вот, например, она сейчас придет и скажет - спасибо, ой как здорово, а я ей отвечу, что за спасибо только птички поют.
Тогда она удивится, спросит - как же мне тебя отблагодарить?
Вот тут-то я и отвечу, что с удовольствием снял бы с неё платье, и, как говорят в аргентинских сериалах, предался бы любовным утехам. Овладел бы, ух, совершил бы прелюбодеяние! Предался бы - не то слово как! Искры бы посыпались!
В ответ на это она бы игриво рассмеялась, и поманила меня за собой в спальню, где... О, Йес! Йес бэйби! Лэтс гет ит он!!!
Но ничего этого не случилось. Света позвала Васю пить чай с тортом.
После чая он засобирался домой. Света сказала, что подъедет в "Blockbuster", возьмет посмотреть каких-нибудь фильмов.
Они вышли вместе в прохладную ночь, сели каждый в свою машину и разъехались в разные стороны.
По дороге Вася думал, что какой он молодец. Устоял перед таким безумным соблазном, и не принял очередной грех на душу. Одновременно он понимал, что дума эта фальшивая, что он просто мудак, что в конце концов не трахнул Светлану, что это можно было сделать легко и непринужденно, что наверно она и сама этого хотела и подобного шанса у него больше не будет.
